Украинский вопрос. Часть 2

Все люди на земле говорят гласными и согласными, а сформировавшееся множество видов письма сводится к письменности двух типов: идеографическая и иероглифическая.

Идеографическая письменность - это когда каждой букве соответствует свой звук, а слово - набор гласных и согласных букв. Смысловое значение несет набор букв. Идеографическая письменность больше соответствует деятельности левого полушария головного мозга, отвечающего за абстрактное мышление.

Иероглифическая (знаковая) - это когда каждая буква или иероглиф несет образ, соответственно и несет смысловое значение. Иероглифическая письменность больше соответствует деятельности правого полушария головного мозга, отвечающего за образное мышление.

Нельзя сказать, что лучше. Потому что идеографическое письмо обеспечило свободу варьирования форм, но в ущерб глубине понятия. А иероглифическая письменность сохраняет глубину понятия в ущерб расширению формы. Дальше всех по этому пути продвинулись древние китайцы – три тысячи иероглифов, пока выучишь и писать некогда, жизнь закончиться!

Древние русские писали рунами и буквами-образами, на так называемой "велесовице". Это название древняя азбука получила уже в XX веке, по имени бога Велеса. На Руси исконно существовало множество видов письма. В праславянской азбуке русского языка каждой букве соответствовал образ, сколько было букв – единого мнения нет, но точно меньше чем у китайцев! Вероятно, была выбрана золотая середина. Праславянская Азбука – это первый в истории современной цивилизации учебник. Человек, прочитавший и понявший азбучное послание, овладевает не только универсальным методом хранения информации, но и приобретает способность передачи накопленного знания – т.е. становится Учителем. Для передачи информации достаточно выбрать подходящий набор букв, отображающих начальные звуки слов послания, например:
Рассмотрим три первые буквы азбуки – Аз, Буки, Веди.
Азъ – “я”
Буки (букы) – “буквы, письмена”
Веди (веде) – “познал”, совершенное прошедшее время от “ведити” - знать, ведать
Объединяя акрофонические названия первых трех букв Азбуки, получаем фразу:
Азъ буки ведеЯ знаю буквы.
Глаголъ – “слово”, причем не только изреченное, но и написанное
Добро – “достояние, нажитое богатство”
Есть (есте) – 3-е лицо ед. числа от глагола “быть”
Объединяя, получаем следующую фразу: Глаголъ добро естеСлово – это достояние.
Ас – “человек”
Ръцы – “речь, речение”
Жива – “единица жизни, наше подлинное Я”
ОБРАЗ Онъ - Боги - Еръ – Ръцы – Азъ ОН БОГАМИ ТВОРИМЫЙ РЕКОМЫЙ АСОМ
ЖИ-З-Н-Ь Живот – Земля - Нашъ – Еръ ЖИВОТ ЗЕМЛИ НАШЕЙ СОЗДАННЫЙ СВЫШЕ

В азбуке каждой букве соответствовал образ, уменьшили количество букв - понятийные границы букв (слов) перестали перекрывать РЕАЛЬНОСТЬ, возникла неопределенность (неоднозначность) при передаче смысла, появились зазоры, возможность сдвигать понятийные границы и трактовать по-разному. Опять же появился фронт работ для толкователей и переводчиков!

Два таких переводчика в 863 году, Кирилл и Мефодий, обрезали девять букв-образов в русской азбуке, но улучшилась ли русская письменность – вопрос весьма спорный. И главное – с какой целью? Перевести Библию? Почему же тогда не кромсали греческий алфавит при переводе с арамейского? Обрезать историю, стереть память народу? Разделить, запутать? Опять же – кому это нужно? Кто заказчик? Вопросы, вопросы…

Оторвали образ от буквы, и получился алфавит, совершенно другой интерфейс! «Слово о полку Игореве» - диссертаций написано много, а к единому пониманию описанных событий так и не пришли. Меняя количество букв в алфавите, меняешь количество звуков в языке, другой язык - "новый этнос"! Такая вот методика простая, но эффективная.

По этой схеме образуются все новые языки, а с ними и новые этносы - народы. Сам собой напрашивается вывод: перед нами система управления населением планеты, завязанная на алфавиты, языки, народы.

Недаром столько страниц было посвящено цитированию летописных источников периода Киевской Руси: ни один из них не упоминает "восточных славян". Везде население Руси определяется терминами, производными от слова "русские". Конечно, в летописях встречаются и "славяне", но с совершенно очевидным пониманием того, что это понятие является более широким, объемля собой, кроме Русских, и другие народы: поляков, чехов, словаков, болгар, хорватов, сербов и т.д.

Естественно, что, ведя речь о собственно Киевской Руси, современники пользовались той или иной формой слова "русский" и лишь изредка - "славяне". Прилагательное же "восточные" в историческую науку внедрил знаменитый ее фальсификатор Михаил Грушевский. И сделал это именно с целью отчуждения южной Руси от России. В дальнейшем, впрочем, он сам отказался от "восточных славян", заменив их, разумеется, "украинцами".

Выбросив Русских из Киевской Руси и Малороссии, марксистские идеологи оказали украинству неоценимую услугу, вдохнув новую жизнь в его бредовую доктрину. А подвластные режиму ученые, включая филологов, неустанно подводили "научную" базу под официально требуемый результат. В том, что это было именно так, нетрудно убедится.

Недавно в Киеве вышла брошюра А.И. Железного "История происхождения русско-украинского двуязычия", посвященная как раз этой теме. Причем в результате своего исследования автор приходит к однозначному выводу: "Не будь польского господства, не было бы сейчас никакого украинского языка". Эту зависимость Анатолий Железный выводит из главной особенности "мовы", отличающей ее от Русского языка. А именно: наличия огромного числа полонизмов - слов, заимствованных из польского языка, что позволяет признать "мову" не самостоятельным языком, а лишь русско-польским диалектом. Указывает автор и время, на которое приходится начало процесса видоизменения языка населения юго-западной Руси. Это как раз та самая историческая эпоха, о которой ведут речь В. Кожинов и цитируемые им филологи: 14-16 века.

"Юго-западные княжества бывшей Руси, отторгнутые литовцами, очень скоро попали под мощное политическое, хозяйственное и культурное влияние Польского королевства. Начался процесс скрещивания местного славянорусского и польского языков. Один из основополагающих законов языкознания гласит, что при скрещивании двух языков никогда не возникает некоего среднего языка - всегда в конечном итоге побеждает один из них", т.е. "мова" с течением времени все больше приближались по своей лексике к польскому языку, И лишь возвращение Малороссии в лоно Русского государства прервало процесс скрещивания буквально на полпути, когда Русский язык южной Руси уже в сильнейшей степени ополячился, "но еще не успел полностью превратиться в польский. Самое подходящее название для этого языка - русско-польский диалект".

Этот диалект, "который мы сейчас называем украинским языком, возник и начал свое развитие... в 14 веке, уже после распада единого древнерусского государства". Такова была цена, которую пришлось заплатить Русским "за продолжительное пребывание под иностранным (польским) господством". Не будь его, "для возникновения русско-польского диалекта не было бы оснований".

Ликвидация иностранного господства над Малой Россией положила конец и развитию "мовы". После воссоединения южной и северной Руси в 1654 г., "когда влияние польского языка прекратилось, начался обратный процесс постепенного вытеснения всевозможных полонизмов под общим воздействием общерусского литературного языка", в создании которого решающую роль, между прочим, сыграли как раз выходцы из Малороссии: Мелетий Смотрицкий, Епифаний Славинецкий, Арсений Сатановский, Семион Полоцкий, Феофан Прокопович и др., что говорит о принципиальном игнорировании ими "мовы", как явления искусственного и нежизнеспособного.

Кстати, А. Железный также обращает внимание на Пересопницкое Евангелие, но, в отличие от М. Бахтина, приходит к выводам прямо противоположным. Он дает две выдержки из этого Евангелия: "для лепшего выразумения люду христианского посполитого" и следующее место": "В начале было Слово. А Слово было от Бога, и Бог был то Слово. То было напочатку у Бога; и все речи через Него ся стали. А без Него ништо немогло быти, еже и бысть. В том живот был. А живот был свет человеком. И свет во тьме светится, и тьма его не обыймет".

В качестве комментария к первому фрагменту Пересопницкого Евангелия А. Железный предлагает всего лишь заглянуть в польский словарь: "там вы увидите все слова из выше приведенной цитаты - лепшии, выразумение, посполитый". А, воспроизведя второй, замечает: "По вашим понятиям, панове ученые, этот отрывок, переведенный с болгарского на "рускую мову", написан на украинском языке. А по моим понятиям... - на чистейшем русском с отдельными вкраплениями слов из польской лексики: напочатку, ся стали, обыймет... Отсюда видно, что во второй половине 16 столетия ополячивание славянорусского языка еще не зашло слишком далеко - "руська мова" и русский язык отличались очень мало. Не случайно и в Киеве, и в Москве язык учии по одному и тому же учебнику - "Граматике" Мелетия Смотрицкого".

Между прочим, к столь неутешительному для "украинцев" выводу, что "мова" их - всего лишь диалект, а не самостоятельный язык, А. Железного подтолкнули наблюдения за языковой политикой "украинськой дэржавы". "Буквально ежедневно украинские средства массовой информации вместо привычных, укоренившихся слов преподносят нам новые, якобы исконно украинские: "спортовець", вместо спортсмен, "полициянт", вместо полiцейський, "агенцiя" вместо агентство, "наклад" вместо тираж, "уболiвати" вместо спортивного болiти, "розвой" вместо розвиток - всего и не перечислить! Разумеется, все эти "украинские" слова взяты непосредственно из польского языка: sportowjec, policiant, agencia, naklad, uboliwac, rozwoj... Есть, правда, отдельные случаи, когда и хочется убрать какое-нибудь уж больно "по-москальски" звучащее слово, но и соответствующее польское не подходит. Вот два характерных примера. Для замены дерусификаторами "неправильного" слова аэропорт польское слово явно не подходит, так как звучит точно так же: aeroport. Пришлось выдумывать совершенно новое, небывалое слово "лэтовыще". Или вот для украинской эстрады ранее общепринятое обозначение вокально-инструментального ансамбля словом "группа" (поукраински "група") для дерусификаторов показалось неприемлемым. Но и польское аналогичное слово звучит слишком уж по-москальски - grupa. И вновь пришлось обходиться собственными ресурсами: применить скотоводческий термин "гурт" (стадо). Пусть, мол, новый термин и ассоциируется со стадом баранов, лишь бы он не был похож на русский!".

"Вот передо мной лежит статья некоего Вячеслава Панфилова "Украинская терминология должна иметь собственное лицо" (Киевский вестник за 03.04.93). Автору этой статьи почему-то не нравится, что многие украинские электротехнические термины совпадают с русскими: виток, гайка, генератор, катушка, коммутатор, реостат, статор, штепсель... Вместо этих "москальских" терминов он требует принять такие истинно украинские: звiй, мутра, витворець, цiвка, перелучник, опiрниця, стояк, притичка... Что это за слова, откуда они взялись? Все очень просто: открываем польский словарь и читаем: zwoj, mutra, wytwornica, cewka, przelucznick, opornik, stojan, wtyczka. Вот вам и совершенствование технической терминологии": ее "собственное лицо" имеет давно знакомые польские черты!".

Профессор Киевского университета Св. Владимира, автор капитального исследования "Лекции по славянскому языкознанию" Т.Д. Флоринский: "Малорусский язык есть не более как одно из наречий русского языка... составляет одно целое с другими русскими наречиями… Факт целости и единства русских наречий в смысле принадлежности их к одной диалектической группе считается в современной науке истиной, не требующей доказательств". Отсюда закономерный вывод: жители Малороссии "в этнографическом отношении представляют не самостоятельную славянскую особь (в противоположность, например, чехам, полякам, болгарам или сербохорватам), а лишь разновидность той обширной славянской особи, которая именуется русским народом. В состав ее входят наряду с малороссами великороссы и белорусы. В частных сторонах и явлениях своей жизни, в языке, быте, народном характере и исторической судьбе малороссы представляют немало своеобразных особенностей, но при всем том они всегда были и остаются частью одного целого - русского народа".

Профессор Б.М. Ляпунов: "В настоящее время русский живой язык делится на наречия великорусское, белорусское и малорусское. Причем названия эти простому русскому народу неизвестны и употребляются только образованными людьми.

Работы процитированных выше авторов относятся к рубежу 19-20 вв. и однозначно говорят о том, что никакого "украинского языка" на территории южной России не существовало. Тем более неоткуда было ему взяться здесь в 14-16 вв. И когда украинский филолог Ф.П. Филин утверждает, что именно в эту эпоху "получают широкое распространение особенности, характерные для русского, украинского и белорусского языков" и что эти особенности "продолжали нарастать и в более позднее время" - он или сознательно лжет, или игнорирует реальный исторический процесс, строя свою филологическую концепцию на априори заданной схеме искусственного разделения Русских на "три народа-брата" и просто подгоняя под нее факты.

Впрочем, с украинской филологии - будь она советской или самостийнической - спрос невелик, ибо это не наука, а всего лишь наукообразная пропаганда дешевых и примитивных мифов, фантастичность которых столь беспредельна, что нередко смахивает на шизофренический бред. Чтобы убедиться в этом, достаточно только перечислить ее последние "открытия": "Украинский язык - один из древних языков мира... Есть все основания полагать, что уже в начале нашего летоисчисления он был межплеменным языком"; "У нас есть основания считать, что Овидий (!) писал стихи на древнем украинском языке"; "Украинский язык - допотопный, язык Ноя (!), самый древний язык в мире, от которого произошли кавказско-яфетические, прахамитские и прасемитские группы языков"; "Древний украинский язык - санскрит (!!) - стал праматерью всех индоевропейских языков"; "В основе санскрита лежит какой-то загадочный язык "сансар", занесенный на нашу планету с Венеры (!!!). Не об украинском ли языке речь?".

Все эти высказывания - отнюдь не из собрания первоапрельских шуток. Они принадлежат кандидатам и докторам филологических наук. Украинских, конечно, наук. Вряд ли стоит много распространяться о научной значимости трудов этих "ученых", тем более ссылаться на них по примеру В. Кожинова, ибо опора на подобного рода "науку" может завести в такие дебри, из которых никогда не выбраться. Это и происходит зачастую с Русскими авторами, берущимися освещать украинскую тему. Многие из них, как и В. Кожинов, наивно полагают, что отнеся генезис "украинского народа" к эпохе 14-16 вв., тем самым защищают древнюю Русь от нахальных посягательств "украинцев". А на самом деле они эти посягательства только узаконивают, ибо идеологи украинства совершенно справедливо считают советскую схему возникновения "трех братских народов" (которой и руководствуется В. Кожинов), абсолютной чепухой. Если уж "украинцы" наличествуют в Речи Посполитой, то могли они явиться там только из Киевской Руси, - в противном случае придется поверить в то, что поляки вывели их искусственным путем вместо Русских, а это уже совершеннейший абсурд: этнос не бройлер, искусственно не выводится.

Навязывание Малороссии в качестве "родного языка" укрмовы точно так же продиктовано политикой, ибо она ("мова") - явление не культуры, а антикультуры, плод усилий различных антирусских сил, видевших в ней эффективное средство денационализации Русского населения Юго-Западной Руси. Реалии сегодняшней "самостийной Украины" со всей очевидностью демонстрируют эту ее русофобскую функцию.  

 

Украинский вопрос. Часть 1

 

автор:

Тимур Юламанов,

активист движения МОЛОДЫЕ