МОЛОДЫЕ спрашивают. Андрей Никифоров об актуальных крымских проблемах

В этом интервью МОЛОДЫМ, известный крымский политолог и историк Андрей Никифоров ответил на актуальные крымские вопросы. 

- Андрей Ростиславович, внесла ли инициированная Бараком Обамой перезагрузка американо-российских отношений вклад в победу Януковича на президентских выборах и последующие изменения в российско-украинских отношениях?

 - Ну, если говорить политкорректно, то ни при чём здесь никакая перезагрузка, никакой Барак и никакая Обама. Всё это было решено украинским народом на всенародных выборах, демократичность которых признана мировым сообществом. Как люди проголосовали, так мы и определились с президентом и теперь живём с тем, с кем определились. В целом же если говорить о внешней обстановке, то она более благоприятствовала победе Януковича, чем та, которая существовала за год до этого. Поэтому если говорить, благоприятствовала ли этой победе международная ситуация, то, пожалуй, да. И важным элементом этой ситуации стала перезагрузка американо-российских отношений, которая была объявлена, по сути дела, с двух сторон. И Российская Федерация говорила о перезагрузке, и с американской пришла та же самая фраза. В чём заключается эта перезагрузка, мне, например, до конца не понятно. На мой взгляд, Соединённые Штаты просто перестали вести свою политику так агрессивно, как до этого. Они стали больше оглядываться по сторонам, прислушиваться к тому, что говорят их партнёры, пытаться их понять. То есть они отказались от проведения такой масштабной и гегемонистской политики не только по отношению к России, но и к другим государствам. И это в какой-то степени позволило Украине спокойно, без мягких вмешательств извне определиться с президентом.

- Как Вы считаете, закон "Об основах внутренней и внешней политики", предусматривающий внеблоковый статус Украины, понизил политическую напряжённость в Крыму, связанную с антиНАТОвскими настроениями среди крымского населения и политикума?

 - Дело в том, что у нас люди живут не по закону, а по определённому наитию. Для большинства крымчан внеблоковый статус и некое состояние, когда вопрос о вступлении в НАТО снят с повестки дня, всё это произошло не в результате принятия закона, а в результате победы Януковича. И все бы очень удивились, если бы произошло что-то другое, например Украина бы подавала очередную заявку на какую-то дорожную карту, по которой можно дойти до Североатлантического Альянса. То, что в результате вышли на доктрину, подразумевающую внеблоковый статус, стало как раз тем, за что люди в какой-то степени и голосовали. Поэтому напряжённость в Крыму снята в феврале 2010 года, а не в результате принятия этого закона. Он только юридически закрепляет то, что в сознании людей уже раньше произошло.

- Выполняет ли на данный момент Черноморский флот роль гаранта мира и стабильности в Крыму, учитывая, что он остаётся беспрецедентной по мощи военной группировкой на территории полуострова?

 - Я считаю, что флот выполняет в целом стабилизирующую роль в Причерноморском бассейне, а не только в Крыму. Сам факт наличия Черноморского флота, причём без оценок его военно-технической мощи, в значительной степени сдерживает ситуацию на Кавказе и в восточной части Балканского полуострова. То есть, это очень важный стабилизатор. Если мы смотрим на мир из Крыма, то для полуострова присутствие Черноморского флота – это всегда стабилизирующий фактор. Наличие такой военной группировки, да ещё со специфическим статусом, всегда сдерживало разного рода горячие головы от силового решения тех или иных крымских проблем. Сейчас весь социально-политический и социально-экономический комплекс Крыма выстроен с учётом базирования в Крыму Черноморского флота. Если бы его убрали, был бы разрушен весь баланс, который имеется на сегодняшний день. Это могло бы привести к активизации различных политических сил, которые постарались бы или заполнить вакуум. Поэтому проблема 2017 для Крыма виделась очень остро и взрывоопасно. Продление срока базирования Черноморского флота снимает необходимость жёсткого реагирования на возможные вызовы, если бы судьба флота решалась как-то иначе. Черноморский флот – это, в значительной степени, символ стабильности. Но данный символ работает, а это самое главное. Возможно, что если даже там было бы полтора корабля, которые вообще не могли выйти из Севастопольской бухты, и это бы срабатывало. Но на самом деле, это ещё и вполне боевая единица, причём обстрелянная, участвовавшая в нескольких боевых операциях за последние полтора десятка лет. В принципе, ни у какого другого флота Российской Федерации такого боевого опыта нет.

- Важным вопросом для Крыма является строительство моста через Керченский пролив. Каково значение этого проекта для Крыма и что даст его реализация России и Украине?

 - Мне не очень понятно, что это может дать России и Украине и я нигде не видел никаких экономических обоснований строительства моста. Это тоже своего рода символ. Я подозреваю, что как многие идеальные конструкции, лучше мечтать о строительстве моста, чем иметь его в реальности. Мы можем столкнуться с тем, что реализованная мечта будет выглядеть совсем не так, как идеальное представление о ней. Ну что с чем он будет связывать? Если планируется просто построить мост "Крым-Кавказ", то под это дело необходимо провести капитальную реконструкцию всех железнодорожных, и не только, путей, ведущих из Керчи в направлении Джанкоя и дальше из Крыма. Эти железнодорожные пути, такое впечатление, что не ремонтировались уже лет сто, то есть столько, сколько они существуют. Дальше что-то должно подходить к Тамани, если мы говорим о железнодорожном переходе. Если об автомобильном, то же самое, только шоссейные дороги. Мне кажется, что в данном случае политическое решение стояло раньше экономических расчетов. Пока я ещё не вижу, на какие дальнейшие инфраструктурные проекты это завязано. Само по себе это достаточно любопытно и, возможно, для Российской Федерации даже больше, чем для Украины. Но опять возникает вопрос, как это завязано на европейскую и евроазиатскую транспортную систему. Когда-то через Керченский пролив проходил трансматериковый телеграф из Англии в Индию. Речь тогда шла о том, что именно этот маршрут являлся наиболее спрямлённым. Но для такого же спрямлённого движения транспорта, оно, это движение, должно от того же Лондона быть выстроено до Керчи, а от неё – к конечной точке магистрали. Вот тогда мост станет "золотым". В случае если он будет связывать берега двух не самых экономически динамичных регионов Украины и РФ, он будет из себя изображать только символ вечной дружбы. А это очень опасные вещи. Одним из символов нерушимой дружбы русского и украинского народов является присутствие Крыма в составе нынешней независимой Украины. Поэтому надо помнить, что иногда символы в такое превращаются. А когда за этим есть чёткий экономический расчет и некая перспектива, подобного рода плачевных комбинаций можно избежать.

- Поговаривали, что по мосту можно будет пустить водо- и газопроводы в Крым. Как Вы думаете, это реально сделать?

 - По мосту этого ничего пустить нельзя. Можно строить некий транспортный переход, рассчитанный на разные виды транспорта, в том числе и на трубопроводный. Понятное дело, что водопровод, от нефте- и газопровода кое-чем отличается. Допустим, роют тоннель и помещают в одной шахте все эти проводы, если это допустимо с точки зрения безопасности. Здесь лучше у технологов спрашивать. Можно там ещё мощную линию электропередач разместить, можно пустить по верху или в тоннель поезда и автомобили, в принципе технологии позволяют сделать что угодно. Но всё нужно чётко скомпоновать и развести. Если же предлагается мост, по которому будут люди туда-сюда ходить, тогда это не более чем символика. Не слишком ли дорогие символы?

- В чём заключается сущность стратегии, предполагающей превращение Крыма в свободную экономическую зону? Реально ли её воплощение на практике?

 - Я не встречал стратегий, которые бы исходили из превращения именно всей территории Крыма в свободную экономическую зону. Обычно когда статус свободной экономической зоны предоставляется какой-то территории, речь идёт о предприятии или комплексе предприятий, но не более того. То есть, чтобы регион получал статус свободной экономической зоны – это в какой-то степени нонсенс. Мало того, в нынешних условиях, когда Украинское государство реально опасается (в общем-то, эти опасения существовали всё время существования независимой Украины), что Крым уйдёт из её состава, какие-то инвестиции, особый статус Крыма и особая лексика для обозначения Крыма видятся как вещи совершенно недопустимые. Они вынуждены были согласиться с тем, чтобы сохранить в Крыму автономию, причём это решение не украинских властей, а в какой-то степени требование мирового сообщества. Но при этом понятие "Республика" само по себе низведено и когда кто-то называет Украину республикой, то слышится отрицание, что, мол, Украина – это государство, держава. У нас фонд не государственного имущества, а фонд имущества. Чьего имущества не понятно. Но он так называется потому, что слово "государственный" для любого крымского органа совершенно недопустимо. Понятие "Граждане Крыма" невозможно, хотя на самом деле граждане – это горожане. И мы можем говорить "Граждане Симферополя", но "Граждане Крыма" ни в коем случае. Нам до сих пор присылают премьеров, и законодатель пишет, по каким нормам и законам нам избирать свою власть. Это всё говорит о генетической боязни того, что Крым уйдёт. И давать ему экономические полномочия, как я полагаю, со стороны власти было бы "верхом героизма".

- Все мы уже достаточно долго наблюдаем за судебным процессом по отмене украинской конституции Крыма 1998 года, инициируемом Народным Фронтом "Севастополь-Крым-Россия". На Ваш взгляд, какие цели в действительности ставит перед собой эта организация и на что она может надеяться?

 - Я думаю, что цели здесь очень разнообразные. Я не сомневаюсь в искренности этих людей, которые действительно хотят отменить конституцию, ограничивающую права крымчан, предоставленные по ранее действующей конституции. Не исключаю, что они так пытаются создать себе политический имидж, и ничего предосудительного в этом не вижу. Наверняка, как правозащитников, их заботит соблюдение некоторых юридических моментов. Лучше об этом спросить у них самих. Как политолог, могу сказать, что ни один политический вопрос в суде таким способом не решается. Тем более – в нашем, самом справедливом и гуманном суде в мире. Я не вижу перспективы в подобного рода методах решения крымской проблемы, хотя как один из способов привлечения внимания крымской общественности такой приём тоже годится. Поэтому у меня есть сдержанный скептицизм в отношении этих действий, но в целом я считаю, что лучше так бороться за Крым, чем вообще никак. 

- Вспоминая громкие заявления Геннадия Москаля и Рамзана Кадырова о наличии в Крыму ваххабитов, напрашивается вопрос: существует ли на полуострове реальная угроза исламского экстремизма?

 - Такая угроза существует везде. И в Москве, например, она гораздо выше, чем в Крыму. Я не удивлюсь, что через некоторое время она станет и в Киеве выше, чем в Крыму. Мировые столицы имеют гораздо более взрывоопасное исламское население, чем Крым. Всё-таки наши мусульмане в своём большинстве являются людьми, пытающимися укорениться в Крыму, а не обитателями мегаполисов, которые корней своих не имеют по определению и гораздо чаще маскируются под радикальные течения. Я не думаю, что Кадыров и Москаль в контексте сделанных ими заявлений могут быть признаны экспертами по данному вопросу. В этот список можно было бы добавить ещё Леонида Ивановича Грача, который не устаёт пиариться на этой теме, и ещё нескольких персонажей, которые "профессионально" боятся исламской угрозы. Поскольку они делают это профессионально, то по ним очень трудно делать вывод о реальности этой угрозы. Конечно, есть определённые исламские общины, не подчиняющиеся Духовному Управлению Мусульман Крыма (ДУМК). Но ДУМК, в свою очередь, полностью подчиняется Меджлису крымскотатарского народа. Возникает вопрос: плохо или хорошо, что существуют общины, которые не подчиняются Меджлису? Наверное, с какой-то стороны плохо, для Меджлиса совершенно точно. А с какой-то стороны, хорошо, по крайней мере, для тех, кто не хочет монополизации Меджлисом всего крымскотатарского сообщества. Эти общины могут быть как радикальными, так и нет. Но ислам как раз и подразумевает автономию каждой исламской общины. Тут нет жёсткой церковной иерархии, как в православии. Называть их всех ваххабитами нас приучили люди из Меджлиса, и мы подхватили это, ведь всегда приятно чего-то бояться. Я Вам хочу сказать, что в 90-е годы, когда в Крыму реально находились на отдыхе боевики из Чечни, а там шла война, и люди из Крыма непосредственно участвовали в этой войне, и, скорее всего, с обеих сторон, даже тогда случаи экстремизма у нас являлись единичными. А сейчас ситуация гораздо менее благоприятна для экстремистов. Если те экстремисты, которые тогда совершили кражу коровы и были разоблачены генералом Москалём, это всё, что профессионально боящиеся исламских экстремистов нам могут предъявить, то нам с вами повезло: мы живём в довольно безопасном регионе мира. Если существует что-то ещё, то пусть предъявят. Я ещё раз говорю, что угроза экстремизма в действительности существует везде. Как показали события в Нью-Йорке, нет ни одного региона, который был бы защищён. Но сказать, что Крым является более уязвимым, чем другие места на Земле, было бы неблагодарно по отношению к сложившейся ныне в Крыму ситуации. Надо благодарить Бога за то, что у нас всё так, как сейчас. Как бы не пытались некоторые "великие" деятели бряцать языком и сравнивать Крым с Южной Осетией, Абхазией и даже Приднестровьем, ничего из этого не получается, ибо мы прожили совершенно другую историю. Элементарное сопоставление нашей ситуации с ситуацией в этих регионах показывает, насколько мы живём мирной и относительно стабильной жизнью. Конечно, всё это относительно и я вовсе не собираюсь никого разуверять в том, что конфликтный потенциал здесь полностью отсутствует. Но ещё раз повторю, что для неизбежного конфликта в Крыму почвы нет. А остальное всё в значительной степени в наших руках.

- Какие политические силы, по Вашим прогнозам, войдут в состав Верховного Совета Крыма по итогам предстоящих выборов?

 - Не буду здесь оригинален и скажу, что это будет Партия Регионов. Займут там место коммунисты, которых будет, по всей видимости, меньше чем сейчас. Скорее всего, там окажутся представители той политической силы, которая договорится с Меджлисом, поскольку это гарантированные порядка 6% крымских избирателей – крымских татар. Там будет Русское Единство и там может быть партия "Союз", которая ещё имеет пока достаточный потенциал для преодоления 3%-го барьера. В принципе, остаётся ещё зазор для присутствия представителей такой центристско-национально-демократической силы. Этакого гибрида блоков Куницына и Тимошенко. Сейчас симпатии этой части электората находятся на стороне "Сильной Украины". Сможет ли Тигипко со своей "Сильной Украиной" пройти в крымский парламент, в значительной степени зависит даже не от работы его команды здесь, а от того, что будет происходить с самим Тигипко в ближайшие три месяца. Сейчас его рейтинг в значительной степени держится за счёт того, что было им набрано в результате президентской избирательной кампании. Но без реальной поддержки этот рейтинг начинает сдуваться. Вот уже второй день народ ещё не расплачивается, но уже пользуется газом по более высоким тарифам. По всей видимости, в ближайшее время следует ожидать ещё какие-то связанные с Тигипко реформы, да они уже практически объявлены. Конечно, если бы выборы проводились в марте, то Тигипко получил бы по всей "морде" за такие реформы. Блок Куницына на сегодняшний день как независимая сила не существует. Что касается крымского БЮТа, то он переживает очень большие сложности, связанные с отсутствием устойчивой электоральной базы. Сейчас у него даже нет гарантий попадания в крымский парламент. Конечно, этот расклад касается выборов по партийным спискам. Выборы на мажоритарной основе предполагают несколько иную тактику. Там в значительной степени всё зависит от силы конкурентов на округе. Так, какие-то яркие и богатые люди могут быть сведены в один округ, а на другом соберутся сплошные "бомжи и демагоги". И можно теоретически себе представить, что в одном случае произойдёт битва титанов, а в другом – "борьба нанайских мальчиков". 
Поэтому очень сложное и совершенно неблагодарное дело прогнозировать результаты по мажоритарным округам за исключением того, что под брэндом Партии Регионов есть возможность собрать проходных людей, т.е. тех людей, которые будут покупать голоса. В ходе избирательной кампании такими инсинуациями будут заниматься, они обязательно будут запущены

- Как Вы думаете, между кем развернётся главная борьба за крымский парламент? Иными словами, кто будет дышать в спину крымским регионалам на предстоящей предвыборной эстафете?

 - Думаю, что в спину им дышать не будет никто. Считаю, что у них будет приличный отрыв от всех преследователей. И главная интрига будет заключаться не в том, кто придет вторым, а в том, возьмут ли регионалы 51 голос в парламенте или это будет меньше 50 голосов. Результат 49 для них будет политической катастрофой, потому что я не уверен, что тем, кто здесь возглавляет Партию Регионов, их центр простит результат 49 голосов в парламенте. Им нужно показывать свою эффективность и результат, поэтому речь идёт о 60%, кто-то говорит даже о 80-ти. В общем, планки поднимаются, а вот когда начнётся подсчёт результатов, и как их будут подсчитывать – это мы посмотрим. На самом деле Иосиф Виссарионович Сталин, который тоже выстроил партию власти в своё время, говорил совершенно чётко, что главное не то как голосуют, а то, кто считает. Кто считает по новому закону, совершенно понятно и у них будет очень высокий соблазн посчитать как им надо. В этих условиях нам остаётся только проявлять максимум бдительности и порядочности, каждому на своём месте.

- Как повлияет новый закон о выборах депутатов местных советов на позиции ключевых субъектов крымской предвыборной гонки?

 - Он ограничивает всех, кроме одной политической силы. Как эта сила называется, Вы знаете. Конечно, он написан не для крымской ситуации, но в некоторой мере и для крымской тоже. Я подозреваю, что такой коварный и дальновидный стратегический замысел регионалов направлен на то, чтобы взять большинство на юго-востоке, где оно так им и просится в руки, причём обходясь практически без союзников. Кроме того, план предполагает продвижение Партии регионов в качестве партии региональной власти в центральные области Украины. Этот закон даёт им возможность там, где ситуация была пограничная и где избиратели всегда ориентируются на действующую власть, попробовать совершить прорыв и получить более электоральной половины Украины под свой контроль. Для чего? Для того, чтобы потом переизбрать действующий парламент и избавиться от необходимости возиться с проблемным Литвином, с необходимостью подкармливать коммунистов, содержать всех этих «тушек». Ведь в идеале можно получить даже конституционное большинство в свои руки и делать заем со страной всё, что вздумается. Тогда остаётся лишь несколько сдерживающих моментов: общество внутри страны и международное сообщество. Наше общество на данный момент не настолько сплочённо и политически активно, чтобы заявлять о своих правах и их отстаивать. Международному сообществу, по большому счёту, всё равно, что происходит в стране, пока она действует в рамках международных приличий. Но здесь мы возвращаемся к Вашему первому вопросу по поводу Барака Обамы. Дело в том, что Америке сейчас немножко не до Украины. Но представьте, что им вновь станет интересно поучаствовать в местных делах. При условиях построения ПР-вертикали, какой-нибудь преемник Обамы или "перезагруженный" Обама смогут воздействовать на Украину через одного человека – Виктора Фёдоровича Януковича. Мы знаем, что в программе Партии Регионов была когда-то записана такая внешнеполитическая цель как вступление в НАТО и Европейский Союз. Затем эти позиции убрали, потом были какие-то колебания, и теперь «регионалы» остановились на нейтральном статусе. Где гарантии, что завтра они не перепишут закон, особенно если у них будет две трети голосов в парламенте? Тогда мы получим Украину со своей вертикалью, которая движется совсем не в ту сторону, куда бы мы хотели. Понятно, будут ещё выборы. Важно, сколько они успеют пройти до этих выборов. Не менее важно понимать, что в результате такой подгонки законов «под вертикаль» мы можем в следующий раз получить такой закон и таких учётчиков нашего выбора, что, выбирая кого угодно, мы всё равно выберем… Партию Регионов. Так вот, монополизация власти одной партией в украинских условиях – это очень опасная для нас, проживающих на Украине русских, вещь. Монополизируем власть точно не мы, русские, а совершенно другие политические силы, которые далеко не всегда и далеко не по всем вопросам являются нашими союзниками. Поэтому лучше, всё-таки, иметь сдержки и противовесы, как в виде общественной активности, так и в присутствии во власти прочих партий, в том числе и наших, русских. Это заставит «регионалов» действовать так, как их уполномочили избиратели, а не как хотят финансирующие их олигархи.

- В последнее время политическая жизнь Крыма характеризуется противостоянием по линии "крымские-донецкие". Можно ли в этой связи говорить о том, что в крымских политических кругах намечается коалиция против Василия Джарты?

 - Я думаю, что эта коалиция стала образовываться на второй день или даже в тот же день, когда Джарты был избран премьером. В общем, подобного рода коалиция вполне возможна и всё зависит от того, насколько Джарты готов играть командно с политическими силами, имеющими сегодня мандат от крымчан. А когда их начинают гнуть в бараний рог, то им не остаётся ничего, кроме объединения в антиджартинскую коалицию. Другой вопрос: достаточно ли силёнок у крымчан и можно ли добиться победы над донецкими или макеевскими только в Крыму? Пока ещё, я думаю, коалиция эта не сложилась, и даже среди обиженных нет согласия. Обидели БЮТ, Меджлис и Грача. Но, собственно говоря, это настолько "лебедь, рак и щука", что какая-то коалиция между ними возможна лишь в случае появления той самой "телеги", в которую их можно было бы попытаться впрячь. На сегодня такой телеги нет. Вот если и остальных начнут обижать… А приезжих премьеров у нас "валят по осени". Так что, в значительной степени всё будет решаться в сентябре, тогда мы и получим ответ на Ваш вопрос.  

- Во время проведения молодёжно-патриотического лагеря "Донузлав АнтиНАТО-2010" движение МОЛОДЫЕ "За Русское Единство" анонсировало медиа-проект "Великий Крымчанин", целью которого провозглашено воспитание крымского патриотизма у жителей полуострова, особенно у молодёжи. Для этого посредством социологического опроса планируется определить, кто из исторических лиц и наших современников, по мнению крымчан, достоин звания "ВЕЛИКИЙ КРЫМЧАНИН". С точки зрения организаторов проекта, важно донести до жителей полуострова тот факт, что Крым не просто чудесный край, но и земля, подарившая миру многих талантливых и выдающихся людей, которых мы с гордостью можем называть Земляками! Хотелось бы узнать Ваше мнение как историка об идее медиа-проекта "Великий Крымчанин"? 

 - Идея очень хорошая. Мало того, что-то подобное у меня пару лет назад в голове крутилось, навеянное теми проектами, которые шли тогда в России и на Украине, именно как медиа-проект. Но поскольку у нас всё время предвыборная ситуация, я даже не решился тогда обращаться куда-либо за его реализацией. Понятное дело, что его сразу попытались бы политизировать. А после выборов можно было бы попробовать запустить такой медиа-проект, это было бы очень любопытно. Я считаю, что это очень полезная вещь, которая нам бы позволила ещё и почувствовать своё единство. И это единство не только русских крымчан, составляющих ядро крымского сообщества, но и ядро крымчан разных национальностей, эпох и даже цивилизаций. Нас всех объединяет крымская земля, и она делает нас тем своеобразным сообществом, которое на что-то особенное может претендовать. Если это не так, то мы ни на что особо прав-то не имеем. Но для того, чтобы быть таким сообществом, необходимо всё время доказывать, что мы оно и есть. В данном случае это и хорошая пропагандистская вещь, и созидательная работа, которая для многих наших сограждан могла бы стать открытием и позволить им с большей гордостью называться крымчанами. Так что я за и готов поучаствовать в данном проекте в меру своих сил и возможностей.

2 августа 2010

Беседу проводил:

Кирилл Губа,  
активист движения МОЛОДЫЕ